Сложные отношения

- Николай Иванович, как, по-вашему, воспримут на постсоветском пространстве переход казахского языка на латинскую графику?

- Думаю, межкультурная и политическая коммуникации с Арменией и Грузией, которые имеют собственную графику, не претерпят каких-либо существенных изменений. Положительным будет восприятие латиницы как знаковой графики казахского языка и в Азербайджане. Она упростит изучение, усвоение и понимание азербайджанцами близкого им тюркского языка. По всей видимости, политической элитой этой страны такой переход будет трактоваться как свидетельство усиления пантюркистской направленности внутренней и внешней политики Казахстана. Такое восприятие, конечно же, станет фактором, благоприятствующим развитию казахстанско-азербайджанского сотрудничества по всем направлениям.

А вот в отношениях с Россией, Белоруссией, Украиной, Кыргызстаном возникнут разного рода сложности перевода и транскрибирования информации. Переход на латинскую графику будет воспринят в этих странах как отчуждающий знаково-символический коммуникативный посыл, идущий от властных структур Казахстана. Отказ от кириллицы демонстрирует предпочтительность прозападных культурных намерений казахов как доминирующего этноса РК.

К слову, в РФ этот шаг уже воспринимается общественным мнением весьма болезненно. Дальнейшее внедрение латиницы приведет к усилению критики такого решения в российских СМИ. В будущем эта мера может даже стать негативным политическим фактором в казахстанско-российских отношениях, хотя и периферийного значения.  

От одобрения до противодействия

- А как этот шаг расценят в странах дальнего зарубежья?

- Наиболее позитивными последствия перехода казахского языка на латиницу будут для межкультурной и политической коммуникации со странами Евросоюза. Там его воспримут как реальное свидетельство проевропейской культурной модернизации страны, продвижения по «пути в Европу», выполнения казахстанской стороной обязательств по договору о расширенном партнерстве с ЕС, который вступил в силу в 2018 году. Казахстан может рассчитывать на оказание содействия со стороны соответствующих структур Евросоюза в продвижении латиницы.

Полагаю, в случае перехода на нее эксперты и специалисты в ЕС могут инициировать различные рекомендации и проекты по продолжению реформирования казахского языка с целью приближения его к филологическим стандартам ведущих европейских языков: английского, французского и немецкого. В ряде стран Европы еще с середины XIX века действуют научные тюркологические центры, занимающиеся соответствующими исследованиями, в том числе и филологической направленности. Переход казахского языка на латиницу, вероятно, приведет к интенсификации научно-экспертных разработок по его реформированию на основе новой графики.

При интенсификации контактов и расширении казахской диаспоры в странах Европы возможно возникновение своего рода европейской версии «шала»-казахского. Ведь именно государственному языку Казахстана придется приспосабливаться к европейскому полилингвизму, а никак не наоборот. Само по себе его использование, пусть и в латинской графике, без такого рода преобразований во взаимоотношениях со странами ЕС останется таким же ограниченным.

Не менее энергичной и деятельной будет поддержка перехода Казахстана на латинскую графику со стороны Турции. Для нее это будет означать резкое увеличение возможностей в плане оказания политического и культурного влияния на казахстанское общество. Пантюркистские тенденции в турецкой внешней политике могут при данных обстоятельствах получить более благоприятные социокультурные условия для их проявления в отношениях с РК. Чтобы противостоять им, от казахстанских внешнеполитических организаций потребуется проведение специальной разъяснительной кампании, адресованной турецким государственным и негосударственным структурам, с продуманным официальным обоснованием причин введения латиницы.

США, Великобритания и Канада, скорее всего, тоже одобрительно воспримут перевод казахского языка на латинскую графику. Реализация этой реформы может получить в дальнейшем еще более активное и весомое политическое, культурное и финансово-грантовое содействие с их стороны. Впрочем, языковое реформирование в Казахстане не окажет серьезного влияния на межкультурную и политическую коммуникацию с этими странами. Разве что оно будет интересовать их с точки зрения усиления возможного отчуждающего воздействия на казахстанско-российские отношения.            

А вот в Китае переход соседней с ним страны на латинскую графику может быть воспринят с настороженностью. В случае дальнейшего выявления прозападных или пантюркистских коммуникационных последствий такого шага эта настороженность будет возрастать и может трансформироваться в активное культурно-образовательное и пропагандистское противодействие.

Не может рассчитывать на благожелательное к себе расположение казахский язык с латинской графикой также в странах арабского и в большинстве стран исламского Востока. Такое его изменение скорее будет восприниматься там как следствие усиления западного культурного влияния в стране с преимущественно мусульманским населением. Разумеется, это не прибавит Казахстану политического авторитета в их глазах. В развитии культурного и образовательного сотрудничества с этими странами возникнут определенные сложности и недопонимание. Их преодоление будет вполне достижимо, если умело и обоснованно объяснить свой выбор.

Шаг к отчуждению

- А что вы скажете о готовности самих казахстанцев к такой реформе? Как ее воспримут представители разных национальностей, живущих в стране?      

- Как я уже говорил в предыдущих интервью вашему изданию, межкультурная коммуникация внутри Казахстана в языковом отношении строится в основном на казахско-русском двуязычии. На данный момент можно с уверенностью утверждать, что, во-первых, русским языком владеет не менее 80% населения, а казахским – примерно 70%. Во-вторых, очевидным является подавляющее преобладание русско-казахского двуязычия над казахско-русским, то есть именно русский остается основным языком межкультурного общения. В-третьих, уровень владения русским языком большинства русскоязычных явно превосходит уровень владения казахским языком большинства казахскоязычных. Прежде всего, это относится именно к литературному письменному языку.       

При таких исходных условиях можно столь же уверенно прогнозировать, что казахский язык на латинице не станет в большей степени способствовать межкультурной коммуникации казахстанцев. Скорее, наоборот, полномасштабное использование новой графики приведет к усилению отчуждения между русскоязычными и казахскоязычными гражданами и еще сильнее подчеркнет обособленность казахского языка от русского, будет расцениваться массовым сознанием как выражение стремления казахов к обособлению от влияния русской культуры.

В русскоязычной среде давно сложилось устойчивое восприятие латиницы как инокультурной и в большей мере европоцентричной знаковой символики. Поэтому переход к ней воспринимается массовым сознанием русскоязычных казахстанцев сейчас и будет восприниматься в дальнейшем, особенно при усилении требований к обязательности употребления казахского языка в качестве государственного, свидетельством противопоставления русскоязычной и казахскоязычной культур.

Татары, узбеки и таджики по разным мотивам тоже не могут позитивно воспринимать латинскую графику в качестве способа лучшего усвоения письменного казахского языка. Предпочтительность устоявшейся кириллической письменности для татар и незавершенность процесса перехода на латиницу в Узбекистане и Таджикистане, скорее всего, приведут к социокультурной дезориентации этой значительной части казахстанцев.

Не менее негативными будут последствия перехода на латиницу для политической коммуникации в казахстанском обществе. Прокламируемые политические принципы и лозунги консолидации, национального согласия, казахстанского патриотизма, написанные на европейской латинице, будут восприниматься как-то не очень убедительно и русскоязычными и казахскоязычными гражданами. Намеренная политизация самого процесса перехода государственного языка на латиницу, назойливые безосновательные пропагандистские утверждения об особой значимости такого перехода для развития культуры, образования, повышения международной открытости и авторитетности Казахстана уже вызывают недоверие к власти и протест против навязывания общественному сознанию этого вопроса в качестве важнейшего для всех казахстанцев культурного преобразования.

Прежние многочисленные заверения в особой евразийской природе и судьбе казахстанского общества, в доверительных отношениях с такой же евразийской Россией плохо сочетаются с теперешним курсом властей на отказ от кириллицы как общей графики русского и казахского языков. Такой контраст не может вызывать доверие и уважение к ним со стороны русского населения, советских поколений казахстанцев, многочисленных представителей учащейся (особенно в казахских школах) молодежи, желающих продолжить обучение в РФ.

Семь раз отмерить

- Ваши выводы и рекомендации…

- Данный переход совершенно правомерно преподносится в качестве знакового и символического проявления модернизаторских устремлений Казахстана. Но в первую очередь такая устремленность должна быть продемонстрирована в сферах межкультурной и политической коммуникации, что предполагает необходимость продуманного пропагандистского обоснования преимуществ применения латинской графики.

На данный момент латиница, с моей точки зрения, больше создает проблемы для этой самой межкультурной и политической коммуникации, чем решает их. Ее внедрение предъявляет дополнительные требования как к самому казахскому языку, так и к его использованию в межэтнических, межнациональных и политических отношениях. Только скорейшее и при этом хорошо продуманное реформирование самого языка, совершенствование методологии и методики его применения в межкультурной и политической коммуникации позволит ему достойно сыграть свою роль в модернизации казахстанского общества.  

Что касается использования латиницы в межгосударственных отношениях, то оно обязательно требует проведения длительной умелой пропагандисткой кампании по обоснованию перевода государственного языка на новый алфавит, которую следует проводить дифференцированно в различных странах и регионах. Введение латиницы станет важным поводом и весомым основанием для разъяснения направлений, приоритетов многовекторной внешней политики Казахстана и популяризации казахского языка.

Автор статьи: Сауле Исабаева
Источник: Qmonitor.kz